Поиск
  • Dmitry

Женщины в йоге: возможная история (часть III)

Пост обновлен февр. 18


Часть I читайте здесь

Часть II читайте здесь


Йога на Западе


Некоторые считают, что Запад заново изобрёл, реконструировал или изменил йогу. Некоторые даже заявляют, что практика, называемая сегодня йогой, является полностью западным новоделом и имеет мало общего с индийскими формами йоги. Подобные утверждения можно услышать и о том, как индуизм был реконструирован британскими колонизаторами в XIX веке. Те, кто поддерживает эту точку зрения, активно пропагандируют тезис, что, дескать, сам термин «индуизм» не использовался до XIX века, и что корень этого термина происходит из иноязычных источников, а именно – греко-персидского, а затем мусульманского – «хинд» (который, в свою очередь, произошёл от индоарийского «синдху», ‘океан’, названия древней священной реки Синдху. – Прим. пер.). Брайан Пеннингтон, профессор религиоведения в Мэривиллском колледже, объясняет в своей книге «Был ли изобретён индуизм», что «утверждение о том, что Британия изобрела индуизм, даёт слишком много власти колониализму; оно одновременно мистифицирует и преувеличивает колониальные средства господства и стирает индуистскую свободу воли и творчества». Напротив, предполагает он, формирование индуизма «в терминах мировой религии» является результатом адаптации к колониальной среде. Он указывает, что «сами индуисты вступили в диалектическое пространство, в котором они поддерживали и поощряли английские публикации их древних текстов и переводов, сопротивлялись миссионерской полемике и экспериментировали с модификациями, изменениями и нововведениями в индуистских религиозных формах».


Вывод о том, что индуизм и, таким образом, йога были адаптированы к колониальной среде, по-видимому, даёт частичное объяснение. Что касается йоги, она действительно объясняет, как «Йога-сутры» Патанджали и «Хатха-йога прадипика» стали каноническими произведениями йоги, и, возможно, даже частично разъясняет, почему особое внимание уделялось физической, нежели научно-медицинской практике. Однако в результате демократизации йоги и, таким образом, нарушения сегрегированной среды, сохранявшей власть авторитета, произошёл сдвиг парадигмы или повторная контекстуализация йоги. Другими словами, йога в западных руках понималась в западных же терминах, подобно индийскому танцу. Таким образом, йога была заново «заселена» мужчинами и женщинами, которым предлагалось принять участие в переходе от гуру к профессиональному инструктору по йоге, сменив духовный дискурс на фитнес-терапевтический. Йога перестроилась под стать изменившимся практикам и стала похожа на западные формы физической культуры. Она обрела новые направления, благодаря разнообразию появившихся в ней новых стилей. Но самое разительное отличие – это то, что в результате адаптации сначала к колониальным идеям, а затем к новой эпохе коммерциализированной западной реальности и Нью-эйдж культуре, йога превратилась в «платную услугу».


Йога также стала плодородной почвой для роста женщин в качестве инструкторов, философов и практиков. Йога была передана в женские руки, перестроена в соответствии с женскими потребностями и зачастую даже стала переименовываться в «женскую йогу». К сожалению, все эти изменения привели к превращению йоги в товар, циничному использованию практики йоги в качестве средства для обретения соблазнительного тела и упадку йоги как практики, ведущей к освобождению, самореализации и открытию истины.


Реконтекстуализация: смена парадигмы и новая эра


Как уже говорилось, йога была представлена ​​Западу индийскими учителями (в основном мужчинами). Хотя эти пропагандисты йоги находились под влиянием колониальных и западных идей, аудитория была погружена в концепции Нью-эйдж, западного эзотеризма и гармонической гимнастики. Первые встречи привели к появлению первых центров йоги на Западе в 40-х и 50-х годах XX века, а позже, в 60-х годах, йога получила широкое распространение по всей Америке. К 70-м годам индийские учителя йоги, такие как Б. К. С. Айенгар, Паттабхи Джойс, Т. К. В. Десикачар, преподавали йогу на Западе. В это же время стал издаваться Yoga Journal, и йога была представлена ​​в популярных СМИ. Интересно, что о ней говорилось, как о духовно-фитнес-терапевтическом образе жизни. В новых условиях йога стала актуальным и очень популярным занятием, наполненным индийским мистическим ароматом. Мы не ставим своей задачей найти различия между ранним и более поздним представлениями о йоге на Западе, а также – различия в описании йоги индийскими или западными учителями. Но что не вызывает сомнения, это то, что йога была повторно контекстуализирована как фитнес-занятие, имеющее терапевтическую ценность, с духовными декорациями.


Йога и фитнес


Марк Синглтон, доктор философии по современной йоге на факультете богословия Кембриджского университета, широко исследовал развитие современной практики постуральной йоги. В своей знаменитой книге «Тело йоги», Yoga Body (2010), Синглтон прослеживает возможные причины, которые привели к переосмыслению йоги «как физической культуры с определённым набором упражнений и дыхательных техник», которые, по его мнению, «в разной степени совпадали с асанами и пранаямой». В своём исследовании Синглтон выделил современное возрождение западной физической культуры, начиная с середины XIX века, наряду с возрождением йоги, которая стала ассоциироваться с современными формами йоги.


Растущий интерес к йоге на Западе был вызван «фитнес-революцией» во второй половине 70-х годов. Согласно Де Михелис, в её известной книге «История современной йоги» (2004), йога появилась как «безопасный и сбалансированный способ поддержания формы и улучшения самочувствия». В своём тщательном исследовании причин такой популярности йоги Айенгара на Западе она заключает, что эта йога удовлетворяла конкретные потребности фитнеса. Так, определённые позы йоги, асаны, были рекомендованы бегунам, занимающимся верховой ездой и т. д. Кроме того, опасения по поводу своего внешнего вида решались с помощью поз, уменьшающих массу тела или размер живота, формирующих мышцы ног, тонизирующих руки и ноги. Эти заявления касались не только йоги Айенгара, это было частью фитнес-контекста, окружавшего йогу.


Книги, объединяющие йогу и фитнес, наряду с телешоу и журнальными статьями способствовали подобной ассоциации. Эта связь йоги с фитнесом прослеживается и сегодня. Например, Тара Стиллс, модель, ставшая инструктором по йоге и основательницей клуба Strala Yoga в Нью-Йорке и звезда серии обучающих онлайн-курсов по йоге, предлагает «обрести стройное тело всего за 15 минут практики в день!» Другой пример – Саиди Нардини, известная преподаватель йоги, телеведущая и учредитель Core Strength Vinyasa Yoga, предлагает обрести «йогическое тело за 21 день» и пройти 14-дневный онлайн-курс йоги по детоксикации и расширению возможностей.


Терапевтический подход


Восприятие йоги как части физической культуры было связано с популярностью фитнеса, с одной стороны, и с методами снятия стресса, построенных на основе анатомических и физиологических особенностей организма человека, на которые предположительно воздействовала практика йоги. Де Михелис признаёт «дискурс снятия стресса, который относится, с одной стороны, к психосоматической медицине, а с другой – к нео-хатха-йогическому пониманию исцеления». Ещё раз взяв в качестве репрезентативного примера «Прояснение йоги» Айенгара, мы узнаём, что занятия йогой позволяют быстрее вылечить заболевание, облегчить депрессию и чрезмерное возбуждение, сохранить свежесть и остроту ума; лечить такие нарушения как запор, импотенцию, облегчить боли в спине и шее. Неудивительно, что о терапевтических возможностях йоги написано много книг. В таких книгах, как «Йога-медицина» утверждается, например, что с помощью практики йоги можно вылечить любой недуг. Более того, йога всё чаще подвергается научным исследованиям, чтобы лучше понять эти желанные терапевтические результаты.


Духовные коннотации в эпоху Нью-эйдж


Стоит отметить, что, хотя йога стала связана с физической культурой, терапией и фитнесом, она не потеряла своей духовной коннотации, в основном в контексте движений и философий Нью-эйдж, религии «нового века». Ранее йога была сформулирована в рамках аскетической парадигмы, которая предлагала метод развития непривязанности, то есть вайрагьи, и контроля над своими физическими и умственными способностями. Это было сделано с целью достижения возвышенного духовного состояния сознания или бытия. Когда светские и более научные аспекты йоги были представлены западной аудитории, как в случае с Вивеканандой, а затем с Айенгаром, она комфортно вписалась в «светский, прагматичный и рациональный характер Запада». Тем не менее, философия Нью-эйдж стала движением примерно в середине 70-х и часто переплеталась с йогой. Де Михелис называет это переплетение религиозно-философским дискурсом, который относится как к традиционным религиозным концепциям, таким как Бог, трансцендентность, преданность и т. д., так и к современному пониманию «духовности», как осознанию и участию в сонастройке с целостной и эволюционной вселенной.


Ханеграаф Ваутер, профессор истории герметической философии и связанных с ней течений в Амстердамском университете, определяет религию Нью-эйдж, как «набор верований, разделяющих шаблоны общей критики, направленной против доминирующих культурных тенденций и сформулированных на основе определенной традиции, т. е., как Западный эзотеризм». Кроме того, Нью-эйдж присоединился к традиционным и холистическим формам медицины, уделяя больше внимания «исцелению», нежели «лечению», оставаясь при этом открытым для современной науки и психологии. Одной из основных целей было достижение «максимального личностного роста и максимального человеческого потенциала». Таким образом, современная йога была описана как внутренняя и приватизированная форма духовности. Утверждалось, что более глубокое понимание или раскрытие окончательной истины, наряду с контактом с метафизическим на основе собственной личной «духовной работы», происходит исключительно через внутреннее состояние.


Увы, чтобы приспособить йогу к этим искомым парадигмам, заново контекстуализировать йогу, потребовалось её тщательным образом изменить или реконструировать. Конечно, такие её аспекты, как уединение, безбрачие, членовредительство и другие аскетические практики были опущены, в то время как акцент был сделан на элементах йоги, способствующих духовному знанию, нравственности и здоровью. Кэмерон Ханна, автор статьи о хатха-йоге в журнале «Здоровье и сила», признала, что «большая часть учения хатха-йоги непрактична и, по сути, неприменима для западного человека» и «хотя в хатха-йоге нет упражнений, предназначенных только для физического развития, есть принципы, применение которых в сочетании с методами наших собственных физкультурников, дают очень неплохие результаты». Эта реконструкция была произведена в соответствии с западным видением физической культуры, упомянутой ранее.


Реконструкция йоги: гармоническая гимнастика и женская йога


Таким образом, йога была реконструирована в соответствии с её реконтекстуализацией (процесс, при котором извлекается текст или значение из исходного контекста и повторно используется в другом контексте, с изменением значения и переопределением. – Прим. пер.). Больше не в аскетическом контексте, ориентированном на мужчин, а в контексте духовности, здоровья и фитнеса, что подходило в основном для женщин. Не потому, что йога – это женская практика, а потому, что она была реконструирована в соответствии с мейнстримом западной физической культуры, а именно американским дельсартизмом (течение, популярное в США в 70-х годах прошлого века, одной из особенностью которого стала так называемая «эстетическая гимнастика» на основе поз античных статуй, и очень полюбившаяся состоятельным американским дамам и дамам из среднего класса. – Прим. пер.), гармонической и соматической гимнастиками, растяжками и т. д., которые были направлены в основном на женщин.


Синглтон в своём обширном исследовании того, как современная йога превратилась в физическую культуру, обнаруживает гендерную предвзятость в отношении различных стилей для мужчин, это в основном акробатические, силовые или направленные на развитие баланса асаны, а также для женщин. Женские стили различались по своим целям, главной среди которых было создание идеального красивого тела, а также упражнения для повышения гибкости и тонуса мышц. Женские стили черпали вдохновение от танцев, гармонической гимнастики и женской физкультуры.


Б. К. С. Айенгар объясняет, что практика йоги во время беременности желательна для здоровья матери, а также для здоровья её ребёнка: «Ежедневная практика асан и пранаям, рекомендованных во время беременности, должна выполняться регулярно... Практика во время беременности устанавливает “ощущение контакта” с ребёнком внутри тела и изливает благодатные мысли спокойным и незапятнанным разумом, поскольку мать в это время поддерживает своё тело здоровым и с расслабленными нервами. Её пищеварительная, кровеносная и выделительная системы функционируют хорошо, а гормональная система претерпевает кардинальные изменения. Помимо этих преимуществ, занятие йогой поможет ей предотвратить болезни и инфекции и окажет профилактическое действие, укрепив иммунную систему организма, а также подготовит её разум к лёгким родам без стресса, напряжения, волнения, страха и тревоги».


Точно так же Гита Айенгар объясняет подходящую скорректированную практику йоги во время менструации: «С первого дня менструации и до её окончания, что может занять от четырёх до семи дней, следует придерживаться практики тех асан, которые помогают женщинам оставаться здоровыми, и которые не создают препятствий для менструального цикла. Следует выбирать те асаны, которые не приводят к истощению её энергии и не вызывают гормональных нарушений». Гита предостерегает от практики перевёрнутых асан, балансировки на руках, прогибов назад, завязывания узлов на теле и втягивания брюшной полости. Она отмечает, что «для того, чтобы смягчить живот, нужно сначала сделать вогнутую спину перед переходом к окончательной позе», также она объясняет, что определённые позы «помогают остановить сильное кровотечение, боли в спине и спазмы в животе». Тем, кто страдает от «тяжести в груди, задержки воды, сильного кровотечения, спазмов в брюшной полости, психического раздражения и импульсивности», могут помочь позы, которые она предписывает… Гита утверждает, что скорректированная практика йоги является выражением уважения к женственности наряду с заботой о её здоровье: «[менструация] является важной функцией, которая отличает женщину от мужчины, и в этом отношении следует признать, что практика йоги для женщины также должна отличаться... Здоровая менструация – важный показатель здорового состояния тела и духа женщины. Мы должны уважать свою женственность…»


В заключение следует отметить, что йога была перестроена в соответствии с западными и особенно женскими стилями физической культуры. Вместе с демократизацией и включением женщин в йогическую практику, а также изменением парадигмы, которая отныне стала учитывать медицинские показания, йога стала инструментом, который может принести пользу женщинам во время их менструации, беременности и т. д. Эти изменения произошли в новой среде, в ситуации, когда йога стала продаваться и покупаться как товар, практиковаться в переполненных спортивных залах и демонстрироваться моделями и акробатами.


Переосмысление Йоги: йога для тела, миф о красоте и индустрия йоги


Йога вышла из закрытых ашрамов и пещер, где в уединении и индивидуально ей обучали гуру, согласно своему учению, с главной целью – освобождения и самореализации. Со временем, как обсуждалось выше, йога была переконтекстуализирована в своего рода фитнес-терапевтическую-духовную практику, перестроенную в соответствии с западными концепциями и целями в отношении соответствующих компонентов йоги: особо выделяя асану (возможно, самый фотогеничный аспект йоги), ставя её над всеми другими йогическими практиками, что неизбежно переместило йогу в капиталистическую индустриально-коммерческую сферу: платные классы, конкуренция школ йоги, реклама в средствах массовой информации, производство и торговля аксессуарами для йоги и т. д. и т. п. Йога стала товаром.


Коммерциализм в йоге – продажа духовности


Йога была переориентирована и стала индустрией, прибыльной отраслью с доходностью 27 млрд. долларов (в 2012 году, согласно Horton, ibid, стр. 104). Эта отрасль включает в себя занятия йогой, обучение учителей, семинары по йоге и товары для йоги. Йога – это либо продукт, который мы можем купить (при покупке членства в клубе, абонемента или разового занятия), либо культура, требующая потребления определённых товаров. В магазине Yoga Journal, например, можно найти фирменные DVD-диски с различными курсами для тренировок, одежду, коврики, реквизит, украшения, обувь, товары для здоровья и красоты от избранных производителей. Кэрол Хортон, профессор политологии в Чикагском университете, активистка, писательница и сертифицированный преподаватель йоги, объясняет, что йога, как товар, продолжает коммерциализироваться под идеализированным соусом – «обещаниями того, что йога даст красивое тело, спокойный ум и счастливое сердце». Она добавляет, что «практика йоги как инструмент для установления связи с истинным «я» не имеет «рыночной ценности» и потому не интересна, в отличие от «выдумывания ложного я», приносящего барыши. Учитывая, что принципы йоги включают самоизучение, чтение священных писаний (свадхьяя), удовлетворённость малым (сантоша), отсутствие собственничества (апариграха) и непривязанность к материальным объектам и объектам чувств (вайрагья), масштабы этой индустрии огромны. В самом деле, ведь если бы практикующие йогу не платили за занятия йогой или за аксессуары для йоги, а, скорее, сосредоточились бы на реализации Самости, йога как торговая марка, крупная индустрия и товар, перестали бы существовать.


Прекрасным примером коммерциализации йоги является компания «Лулулемон атлетика» (Lululemon Athletica inc.), основанная в 1998 году в ответ на возросшее участие женщин в спорте, которая в первом своём магазине, согласно информации на их веб-сайте, поделилась торговыми площадями со студией йоги для привлечения потенциальных покупателей. В 2001 году компания начала продавать специализированную одежду для йоги и сегодня позиционирует себя как «фирма по производству спортивной одежды, вдохновлённая йогой». «Лулулемон» продвигает свой брэнд, как компания, чьи идеалы прекрасно характеризуют её слоганы «благополучия и самоуважения», украшающие её продукцию: «Возьмите на счастье одну из этих очаровательных повязок на голову "лу-лу", и вы присоединитесь к сообществу единомышленников!»


Интересно, что каждая «Лулулемон атлетика» предлагает бесплатные занятия йогой как часть корпоративной философии. Действительно, индустрия йоги, считая «Лулулемон» своей неотъемлемой частью, продаёт обещания счастья и совершенства, тиражируя идеи о красоте и идеальном теле, наряду с необходимостью что-то приобретать себе для практики йоги. По словам Дианы Бонди, писательницы и преподавателя йоги, новое послание йоги таково: «Измените то, что предназначено для всех, и сделайте это эксклюзивным клубом, где вам будет предложено покупать товары, чтобы быть его членом». Подобная философия учит нас, что мы никогда не будем полностью самодостаточны.


Средства массовой информации и тело йоги


Переориентация йоги выражается через средства массовой информации, через телешоу о йоге, газеты, видео и DVD, книги и Интернет. Например, Yoga Journal утверждает, что у него было 90 000 читателей вплоть до 2000 года, когда они «изменили дизайн и перезапустили журнал», и с тех пор «платный тираж вырос с 90 000 до 350 000; сейчас читательская аудитория превышает 1 300 000». Быстрый поиск на популярном веб-сайте Amazone.com показывает, что существует около 5000 DVD, из которых две тысячи были выпущены после 2000 года. Amazon также предлагает более 18 000 книг по йоге, написанных на английском языке (или переведённых на английский язык), из которых более тысячи книг было издано за последние три месяца.


Эти мейнстрим-популярные публикации о йоге создали конкретное представление о том, что такое йога и как она выглядит. Достижения в области фотографии и распространения печатных изданий создали условия для популяризации йоги для тела и в значительной степени продиктовали её особенности. Линда Спарроу, бывший главный редактор Yoga Journal, автор и преподаватель йоги, объясняет, что «Йога эволюционировала, чтобы удовлетворить потребности культуры, которой она служит, и, к сожалению, в настоящее время она служит культуре, которая приравнивает худых и молодых к здоровым и совершенным». Действительно, йога обещает здоровье как часть её новой парадигмы, что обсуждалось выше, и с тех пор, как средства массовой информации связывают её с этим: йога приводит к красоте и счастью.


Yoga Journal мог бы послужить хорошим примером того, как внешний вид современной йоги конструируется средствами массовой информации. Журнал утверждает, что у него более двух миллионов читателей, и 87% его аудитории составляют женщины. Согласно их заявлению, миссия журнала состоит в том, чтобы «предоставить энтузиастам йоги самую лучшую, наиболее изученную и вдохновляющую информацию о 5000-летней традиции, которая не менее актуальна сегодня». В случае с Yoga Journal на его обложках изображены молодые, спортивные, здоровые на вид белые женщины. Он позиционирует себя как СМИ с «авторитетными статьями о йогичеком образе жизни, включая практику асан, философию, пользу для здоровья и многое другое, с участием ведущих учителей, учёных и экспертов в этой области». Сайман Стефани, выпускница Йельского университета по литературе и писатель, отмечает, что «журнал предпочитает язык науки и физиологии... это вооружает вас большим количеством информации, приняв которую, вы убеждаете себя, что это научно санкционированный и полностью рациональный курс действий, который неумолимо приведёт вас к жизнеспособности и здоровью». Журнал подчеркивает терапевтическую, а не духовную ценность практики йоги и предлагает товары для йоги как непременную её часть.


Помимо того, что Yoga Journal самопровозглашает себя влиятельным посредником и пропагандистом современной йоги, он также является промоутером «тела йоги», индустрии красоты и индустрии йоги. В журнале размещены сотни объявлений, рекламирующих средства по уходу за кожей, сандал, украшения, натуральное мыло и масла, специальные витамины и ферменты, альтернативные лекарства и методы лечения, улыбающихся гуру и экологически чистые автомобили. Цель этих предметов – восполнение мнимых потребностей. Герберт Меркьюз, философ, социолог и политический теоретик, объясняет, что мнимые-ложные потребности через средства массовой информации ассимилировали людей в капиталистическую индустрию производства и потребления. По мнению Меркьюза, консьюмеризм – это форма социального контроля, поскольку коммерческая индустрия контролируется малочисленной элитой, которая диктует связь потребления со свободой и счастьем. Таким образом, людьми движет ложная потребность потреблять больше, а самооценка и самореализация превращаются в обладание. Следовательно, с превращением йоги в товар и обещанием счастья, люди, движимые ложными потребностями, «покупаются» на практику.


Йогическое тело и миф о красоте


Наоми Вольф в своей знаменитой книге «Миф о красоте» (1991) пишет о том, как женские журналы влияют на массовую культуру женщин. Поскольку они, как правило, пишутся женщинами для женщин, у них есть возможность формировать представления о том, что значит быть женщиной и какие ценности должны у неё превалировать. Эти женские журналы, в том числе Yoga Journal, внесли свой вклад в формирование образа женской красоты. Этот образ касается не только внешности, говорит Вольф, но, скорее, определенного поведения: «постоянная забота о себе и осознание чувства вины за то, что недостаёт». При этом Вольф указывает на психологический инструмент контроля со стороны общества. Yoga Journal – это издание, ориентированное на женщин: «за последние девять лет на обложках Yoga Journal мужская модель появилась только однажды… подавляющее большинство статей и колонок написано женщинами и посвящено женщинам, практикующим йогу».


Очевидно, что индустрия йоги продвигает миф о красоте под видом духовной практики. Реклама классов йоги, книг, одежды и т. д., похоже, прославляет только «йогу для тела». Изображения стройных, привлекательных, гибких, светлокожих женщин непропорционально часто используются в рекламе и продвижении йоги на рынке товаров. Редко можно увидеть человека «среднего» или «обычного» роста, выполняющего простую позу йоги, и редко можно увидеть изображения мужчин в рекламе йоги. Это формирует нереалистичный образ идеального «йогического тела», тем самым создавая новые критерии того, кто может, а кто не может заниматься йогой. Основная идея заключается в том, что даже если вы соответствуете этим критериям, вы, вероятнее всего, «недостаточно хороши» и должны что-то изменить или, возможно, что-то купить, чтобы обеспечить себе путь в йогу. Хортон объясняет связь между нашими внутренними ценностями и внешним поведением как потребительскую: «Наша самоидентичность глубоко структурирована нашим отношением к потребительским товарам… Мы знаем кто мы, и оцениваем качество нашего внутреннего опыта через отождествление с вещами, которые мы покупаем… признание нашей жизни и взаимоотношений по модели рыночных отношений…»


Средства массовой информации, обслуживающие индустрию йоги, продают обещание молодости. Либо непосредственно через омолаживающие кремы, либо продвигая йогу в качестве подходящей им замены, как в случае с «йогой для лица». Эта «лицевая йога» как замена ботокса может способствовать развитию йоги, но цель её – омоложение, красивое тело, изменение естественного порядка вещей, каким является старение. Тем самым, она способствует фальсификации, отвлекающей нас от самореализации.


Довольно часто индустрия йоги связывает йогу с сексуальностью и желанием. Кэтрин Борнстайн, автор и специалист по гендерной теории, описывает это «как культуру, поощряющую отождествлять секс с деньгами, успехом и безопасностью; и с вещами, которые, как нам говорят, помогут достичь денег, успеха и безопасности. Эта культура преуспевает в продаже товаров (вершина достижений при капитализме), регулируя их производство реализацией сексуальных фантазий». Объявления преподавателя йоги Кэтрин Будиг «носок для пальца», «верблюжье копытце» в рекламе «Лулулемон» и американской одежды привлекли в своё время много внимания в блогосфере с постами типа: «Не слишком ли сексуальна реклама йоги?», «Скажем нет сексуальным объявлениям в йоге!» и т. п. А Yoga Dork опубликовал на своём сайте предупреждение: «Эксплуатация женских частей тела для продажи штанов для йоги!» Пожалуй, заголовок этого поста должен быть таким: «Лулулемон заставляет нас чрезмерно задумываться о наших промежностях». А затем продолжить объяснение: «Скажи нет верблюжьему копытцу! С каких это пор изображение промежности и “расщелины Венеры” используется для того, чтобы поднять рыночную стоимость товара?!»


Сексуализация женщин в рекламе йоги усиливает овеществление женщин-практиков и женщин в целом. Она делает сферу йоги внешней, а не внутренней реализацией. Розанна Харви, писатель и редактор, пишет: «Я не понимаю, как эти фотографии обнажённых или полуобнажённых женщин связаны с продажей товаров для практики асан, важной части йоги. Они не учат зрителя ни практике йоги, ни чему другому. Они даже не о торжестве красоты человеческого тела или красоты поз, которые я выполняю. Эти объявления просто о продаже товара».

Когда йога воспринимается как товар, её можно покупать и потреблять. В этой конструкции, продвигаемой индустрией и средствами массовой информации, она лишается своего более широкого контекста и потенциала как терапевтической и духовной практики. Тем не менее, коммерциализация йоги привела к тенденции брендирования различных стилей йоги. Торговые марки и дифференциация стилей йоги используются из-за большого разнообразия «товаров», с одной стороны, и позволяют некоторым традициям йоги делать акцент на терапии или на духовности.


Переименование йоги в товарный знак


Переименование йоги, возможно, является последним кирпичиком в ре-контекстуализации, реконструкции и переосмыслении йоги. Новые стили, новые названия – йога стала коммерческим товарным знаком. Стоит отметить, что ранние тексты о йоге, такие как «Бхагавад Гита», упоминают четыре вида йоги. Хотя ребрендинг йоги, обсуждаемый здесь, относится к физической йоге, то есть хатха-йоге, и, таким образом, представляет собой вторичную классификацию йоги по стилю или традиции. Разнообразие стилей йоги, некоторые из которых «изобретены», а некоторые основаны на традиционной линии передачи, вызывает сомнения в подлинности некоторых стилей и связано с гораздо более глубинным смещением авторитетов. Сайман называет этот новый вид йоги «йогой маршмеллоу» («зефирной йогой»). Она цитирует учителя йоги Джуди Брик Фридман, которая признаёт, что «в США, особенно на Восточном побережье, стало популярным то, что некоторые из нас называют школой йоги маршмеллоу… Вы как бы лежите на полу и активно дышите, что хорошо для пухлых дам. Хотя на самом деле йога не в этом».


Некоторые считают, что традиции йоги, основанные на линии преемственности, более аутентичны, чем другие. Хотя уже обсуждалось, что йога, экспортированная на Запад, представляла собой смесь индийских философий и традиций, а также западных концепций Востока и западной физической культуры. Эту новую форму современной йоги вряд ли можно назвать оригинальной или подлинной чистой формой йоги. Как отмечает Синглтон по этому поводу, «некоторые виды “йоги” в современном мире имеют весьма незначительную, часто просто номинальную связь с индийскими традициями йоги». Таким образом, женская йога, инь-йога, пренатальная йога, йога рака груди и многое другое были созданы для удовлетворения потребностей женщин в коммерческой среде, в новом контексте йоги как продвижения фитнеса, терапии и духовности, а также в новой ситуации, индустрии и СМИ. Хотя эти стили йоги в основном для женщин, их нельзя отделить от индустрии йоги или от иллюзорных обещаний красоты и совершенства.


Йога для женщин


Йога обладает огромным феминистским потенциалом как инструмент эмансипации для самореализации женщины. Не только как инклюзивная среда для женщин, но и как духовная практика, способствующая трансформации. В этом смысле йога обеспечивает чёрный ход к индустрии, которая её продвигает, к культурным границам, которые её окружают, и к ложным убеждениям, которые она терпит.


В последнее время стали слышны женские голоса, близкие к феминистским. Книга «Йогини: сила женщин в йоге» была опубликована в 2004 году, а фильм «Йогавуман» вышел в 2011 году. Обложка книги показывает, что «Йогини открывает окно в новаторские жизни и практики семнадцати просвещённых женщин – дверь в мир творчества, страсти и подлинности, доступный йогам, когда они открываются силе женского начала». Стоит отметить, что описание этих женщин как просветлённых вместе с картинно-счастливыми фотографиями в книге, резонирующими с самим мифом о красоте, является благородным намерением. Точно так же на веб-сайте фильма «Йогавуман» говорится, что он «показывает, как йога полностью изменила жизнь тысяч чрезмерно возбуждённых, перегруженных работой и планами современных женщин... Женщины стали заниматься йогой для облегчения таких заболеваний, как рак груди, бесплодие, болезни сердца, тревога, депрессия и т. д. Он показывает, как йога изменила жизнь женщин в тюрьмах или перенёсших онкологические заболевания, тех, кто искренне работал над своим телом, боролся с ожирением или другими негативными обстоятельствами жизни, чтобы стать здоровее, творчески активнее и счастливее». Так как в этом сокрыто решение женских проблем, необходим ещё один призыв к инклюзивности: йога не только для женщин, но и для всех, независимо от пола, расы, возраста, цвета кожи, роста, веса и т. д.


Содействие разнообразию – настоящее обновление


В соответствии с демократизацией йоги, о которой говорилось выше, и в отличие от однонаправленной «йоги для тела», представленной в индустрии йоги, йога обладает способностью содействовать разнообразию и терпимости в окружающем обществе. Шон Корн, преподавательница йоги и общественный деятель, призывает к революции посредством йоги, которая может изменить наше мышление и наше общество. Она признаётся, что знает, как стандарты красоты «специально разработаны, чтобы воплощать, лишать силы и намеренно заставлять нас чувствовать, что нам нужно измениться во что-то “лучшее”, то есть отличное от того, кем мы уже являемся». Это противоположно другой цели йоги: самосовершенствованию, продвигаемому индустрией, по сравнению с самоисследованием, упомянутым в йогических текстах. Она также добавляет, что «эти расистские, дискриминационные и постыдные стандарты, в которых редко признают людей с ограниченными возможностями. Они используются для того, чтобы манипулировать нами разными способами, в том числе – нашими деньгами, чтобы мы могли покупать необходимые продукты, дабы «помочь» быстрее достигнуть своих целей красоты и друг друга, увековечивая историческую иерархию власти, которая отчуждала и угнетала нас так долго».


Несомненно, йогу можно использовать как инструмент для продвижения разнообразия. Бонди утверждает, что ключ к внесению разнообразия в йогу – это разнообразие учителей, а также необходимость быть «более открытыми и чувствительными в том, как мы говорим и преподаём». Это, прежде всего, индивидуальный подход к каждому ученику, чтобы никто из них не чувствовал себя неспособным практиковать, ущербным, и, наконец, что «учителя должны напоминать своим ученикам не сравнивать себя с более продвинутыми практикующими». Другие учителя, такие как Тео Дрейк, учитель йоги и квир-активист («квир» – собирательный термин, используемый для обозначения человека, относящегося к сексуальным меньшинствам. – Прим. пер.), просят проявлять больше внимания к квир- и транс-сообществу, которые чувствуют себя обделёнными сообществом йоги, или Райан Макгроу, учитель йоги и защитник людей с ограниченными возможностями, предлагающий сделать йогу более доступной для этой группы людей.


Трансформация и трансценденция через сонастройку


Возможно, истинный потенциал йоги заключается в сонастройке с самим собой. Главным ключом к трансформации, как и к выходу за пределы обычного самоощущения, подверженного влиянию внешних факторов, является самоисследование посредством психофизической практики йоги. Патанджали утверждал, что, удерживая ум, за счёт постоянной практики и непривязанности, достигается самореализация, которая приводит к освобождению.


Как видно из свидетельств практикующих йогу, йога обладает способностью настраивать нас на самих себя. Мелоди Мур, доктор философии в области клинической психологии и преподавательница йоги, заявляет, что йога помогает улучшать самобытие за счёт интровертности сознания: «Одна студентка поделилась со мной, что, почувствовав дыхание в животе, она впервые за долгое время могла чувствовать голод... Йога соединила её тело с разумом, и от этого у неё появился шанс, наконец, выжить и процветать. Йога предлагает нам способность быть, принимать, позволять, уступать, расти, чувствовать, любить и отпускать».


Другой пример такого свидетельства – музыкант и практикующая йогу Аланис Мориссетт. Она описывает свой подход к йоге так: «Я чувствовала себя потрясающе, занимаясь йогой... Эта регулярная практика стала частью моего большого путешествия в сторону осознания и самоанализа. Я почувствовала силу. Это было что-то интимное-личное, только для меня, а не на «продажу». Йога давала ощущение восстановления моей духовной практики, которая была утрачена после того, как я потеряла веру в своё католическое воспитание. Она обеспечивала ритуал и становилась моей молитвой, когда я практиковала её в одиночестве. Йога – это подход к жизни для меня... физическая и духовная практика. Это сонастройка со всеми частями меня – от моих костей, мышц и связок до моего сердца и интеллекта, – единство бытия, как целостной личности. Все части медленно соединяются, сплетаются в единое состояние баланса, которое приносит чувство целостности и отсутствия вины за своё тварное «я».


В этом искреннем описании своего опыта йоги Мориссетт склоняется к тому, что трансформирующая сила йоги заключается в расширении возможностей с помощью духовной практики, которая становится ритуалом. Благодаря этому йога приносит сбалансированную целостность тела, сердца и ума, являясь основой для эмансипированного экзистенциального образа мысли и жизни.


Йогу можно охарактеризовать как исцеляющий ритуал в смысле «обретения целостности». Де Михелис считает, что структура этого ритуала состоит из трёх фаз: 1) отделение или предварительное состояние; 2) переходное или лиминальное состояние; и 3) инкорпоративное или постлиминальное состояние. Она соотносит их с тремя этапами практики йоги: «Даже когда человек практикует самостоятельно, есть ощущение, что время и пространство являются «другими»… коврик для йоги становится особенным предметом, на который нельзя просто наступать, который нельзя пачкать и использовать для других целей. Разворачивание его на полу мгновенно создает «особое» время и пространство, в котором определённые практики, подобные ритуалам, повторяются с регулярными интервалами». Далее она объясняет, как в лиминальном состоянии речь идёт об усвоении новых способов ощущения и восприятия, которые могут побудить нас «взглянуть на мир по-другому», чтобы в инкорпоративном состоянии преобразившийся практикующий мог воспринимать мир через другую линзу.


Таким образом, являясь трансформирующей практикой и исцеляющим ритуалом, йога потенциально может быть чем-то большим, чем это описывается в средствах массовой информации. Хотя, несомненно, её практика обладает побочными эффектами фитнеса, имеет терапевтическую ценность и духовную сущность. Как инструмент освобождения, она может изменить нас как индивидуумов и как общество, обретя новые смыслы. Вместо того, чтобы задаваться вопросами о подлинности йоги, мы должны спросить себя, делает ли она нас более настоящими, более настроенными на самих себя.


Заключение


В этой статье мы хотели лучше понять место женщины, которое она занимала и занимает в йоге со времён древней Индии и до наших дней. Отмечая тот факт, что йогу нельзя изолировать от культуры, в которой она практикуется, в проект был добавлен краткий социокультурный аспект. Путём более тщательного изучения текстовых свидетельств и исторического контекста была изучена возможность существования женщин-практиков йоги.


Женщины, практикующие йогу, упоминаются в таких ранних произведениях как Упанишады и Махабхарата, хотя трудно предположить, что это была та же самая «практика йоги», которая известна нам с более поздних времён. Остаётся неясным, практиковали ли женщины йогу во времена написания «Йога-сутр» Патанджали. Действительно, в средневековье поэтов-женщин называли йогинями, хотя убедительных доказательств существования женщин, практикующих хатха-йогу, нет.


В колониальной Британской Индии вопрос о месте женщины был поднят на поверхность. Интересно, что возрождение йоги, включавшее демократизацию и секуляризацию йоги, произошло одновременно с реформой в области прав женщин. Основные сторонники современной йоги также обращались к женщинам, хотя нет никаких свидетельств того, что индийские женщины практиковали в то время. Гита Айенгар, пожалуй, первая женщина, которая обратила внимание на женскую йогу.


Йога приветствовалась на Западе во второй половине XX века и с тех пор стала популярной. Она была вновь обновлена (при этом три трети всех практикующих составляли женщины) повторно контекстуализирована в фитнес-терапевтическо-духовном дискурсе, реконструирована для удовлетворения потребностей в этих парадигмах и западных концепциях женской физической культуры, преобразованных в капиталистически-индустриальную сферу; что стало причиной превращения йоги в товар, коммерциализации йоги, и её ребрендинга в качестве торговой марки. Хотя эти изменения позволили женщинам активно практиковать йогу, смена парадигм привела к искажённому и циничному использованию тела в йоге в служении мифу о красоте и индустрии йоги. Таким образом, практика йоги должна быть заново переосмыслена как трансформирующая и трансцендентная практика, ведущая к сонастройке и самореализации.


Идея повторного утверждения йоги не нова. В 2008 году Индуистский американский фонд начал кампанию «Верни йогу» с целью «высветить йогу как пожизненную практику, посвящённую достижению мокши, или освобождению/единению с Богом» (сайт HAF, «верни йогу» – http://www.hafsite.org/media/pr/takeyogaback). В июне 2014 года премьер-министр Индии Нарендра Моди обратился к мировому сообществу с призывом отмечать индийскую йогу как Всемирный день йоги. Он получил поддержку ста семидесяти стран, а ООН провозгласила 21 июня Всемирным днём ​​йоги. В конце того же года Индия назначила первым министром йоги Шрипада Йессо Наика.


Помимо национальных и исторических притязаний, есть также требование относиться к йоге как к практике освобождения, практике без «индустрии», исповедующей истины своей минималистской и непривязанной к материальным вещам философии. Это может проявляться в том, чтобы меньше покупать товаров для йоги и избегать рекламу, а вместо этого сосредоточиться на самообучении и практике сострадания. Мы также должны узнать об истоках йоги, её философии и возможностях. И самое главное – мы должны осознавать подтекст йоги. Поскольку одна и та же практика может быть использована для увеличения и уменьшения страданий, мы должны знать, какие возможности нам предлагаются, чтобы сделать правильный выбор.


(С) Перевод Индуизм сегодня, 2021



#женская_йога #история_йоги #йога #аги_виттич

Просмотров: 116Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все

© 2012-21 ООО "Хиндуизм Тудэй". Все права защищены.

  • Круглая иконка Facebook черного цвета