Мирабаи. Проникновенная любовь к Богу

 

Жизнь и наследие святой поэтессы

 

Лакшми Чандрашекар Субраманиян и Мариэлен Вард

 

«Крайне сложно найти подобие этой замечательной личности, Миры, святой, философа, поэтессы и мудреца. Это была разносторонне одарённая и великодушная душа. Её жизнь наполнена особым обаянием, исключительной красотой и чудесами.» Свами Шивананда

 

В своих самых популярных песнях Мирабаи говорит о своей беззаветной любви к Кришне, попытках отравления, своём чудесном избавлении и блаженстве от слияния с Богом. Мирабаи (ок. 1498 – ок. 1557) была замечательной индуистской поэтессой-бхактом, жившей в Индии в XVI столетии. Она была принцессой, родилась в городе Мерта и вышла замуж за царя области Мевар в штате Раджастхан на северо-западе Индии. Этому посвящены несколько индийских фильмов XX века. Мирабаи, известная также под именем Мира, является популярной индуистской поэтессой-святой, особенно в северо-индийской традиции бхакти, ей приписываются тысячи стихов. Святой Набхадас в начале XVII века так восхвалил её в своей агиографии: «Отказавшись от уважения общества и всех родственных связей, Мира поклонялась Кришне в образе поднимавшего горы бога Гиридхари». Антология Набхадаса «Шрибхактамаль» («гирлянда поклонения») содержит жизнеописание многих бхактов и является одной из старейших индийских агиографий на разговорном языке. Шесть наполненных глубоким смыслом строк этого произведения посвящены Мирабаи. Главный момент состоит в её бесстрашной преданности Гиридхари перед лицом любых препятствий, чинимых семьёй и обществом. Это раннее упоминание о Мире, а также её многочисленные поэтические произведения обеспечивают этой святой заслуженное место в «движении бхакти» ‑ продолжающейся в Индии на протяжении нескольких столетий духовной революции, направленной на обеспечение доступности религии для всех, независимо от языка, пола или касты. В интернете можно найти многие популярные песни Мирабаи, переведённые на английский язык индуистскими организациями, светскими переводчиками и учёными. Интересу к Мирабаи на Западе было положено начало английскими колониалистами в начале XIX века, и с тех пор было сделано несколько переводов её песен. Сообщества иммигрантов и академические круги приняли эстафету. Сегодня песни Миры можно встретить повсюду, от многолюдных фестивалей Мирабаи до неформальных прослушиваний на уроках йоги. В XXI веке Мирабаи превзошла свой статус всеиндийского бхакта и стала всемирно известной поэтессой-святой, заслужившей уважение международной аудитории. На последующих страницах содержится рассказ о её полной драматизма жизни и выбранном ею пути, а также о посвящённых ей храмах и музеях. Кроме того, исследуются её лингвистический гений и отражения её жизни в кино и цифровом мире.

 

Поэзия бхакти Миры

 

Религиозная поэзия не является изолированным жанром литературы, она связана с системами духовной практики (садхана), такими как пение, декламирование, молитва – совершаемыми индивидуально или в группе. Эти практики пробуждают преданность в сердце духовного искателя. Уникальность поэзии Миры заключается в том, что она обошла весь индийский субконтинент и вышла за его пределы не в качестве текстов, а как песни, путешествующие в исполнении людей, осуществляющих различные виды личной садханы. Мира пела:

 

Я обрела драгоценность в лице Господа!

Это бесценное сокровище исходит от истинного гуру.

Из сострадания он передал его мне.

Я получила ценность, обретаемую многими жизнями, и потеряла всё в этом мире.

Она не сокращается при использовании, её не может украсть вор.

Она увеличивается день ото дня (на четверть).

На лодке правды, с моим истинным гуру в качестве кормчего,

Я пересекла бесконечный океан рождений и смертей.

Бог Миры, мудрый Вздыматель Горы,

Я счастлива воспевать его славу.

 

Мирабаи творила в стиле сагун – песни о личном Боге с определёнными атрибутами и индивидуальными чертами (сагун: са – «обладающий», гуна – «атрибутами»). Для неё божественность воплощается в Гиридхари, героическом образе Кришны как поднимателя горы. На основании характерной подписи (чхаап) и устной традиции, сохранившей эту песню на протяжении столетий, мы можем утверждать, что она была создана Мирабаи. Структура предложений довольно сложна. Основной текст, паайоджи майне, представляет собой основу, преображаемую в музыкальное произведение путём наложения соответствующих контексту элементов, таких как мелодия, ритм, аранжировка и характер исполнения. Основная эмоция (бхава) этого стихотворения – экстатическое поклонение и удовлетворение; Мира радостно поёт об обретении величайшего богатства, которым является Бог. Долгое время бесчисленные музыканты исполняют эту песню – в храмах, концертных залах и домашних святилищах. Недавно она была исполнена в болливудском кинофильме.

 

[Вриндаван]

 

Бхакти, или преданность Богу, имеет множество оттенков и заставляет поклоняющегося полностью забыть самого себя. Как считают некоторые индуистские школы мысли, в бхакти возникают пять видов эмоций: шанта, дасья, сакхья, ватсалья и мадхурья. Эти бхавы возникают в сердце исполнителя бессознательно, и каждый должен стремиться к той из них, которая наиболее соответствует его настроению. Поэзия Мирабаи соответствует мадхурья бхаве: она размышляет о Боге как о своём возлюбленном. Говоря словами Свами Шивананды, «любящий и любимый становятся одним целым. Поклоняющийся и Бог чувствуют единение друг с другом и в то же время сохраняют раздельность, чтобы наслаждаться блаженством происходящей между ними любовной игры. Это единство в раздельности и раздельность в единстве. Владыка Гауранга, Джаядэва, Мира и Андаль обладали этой бхавой».

В мадхурья бхаве присутствует вираха ведана, агония от разлуки с любимым. В своей недавней диссертации Холи Хилгарднер сравнивает выражение эмоции вираха в творчестве Мирабаи и Хадевейх, христианской мистической писательницы XIII века: «Стремление каждой женщины к божественному не только увлекает её во внутреннее путешествие, но также открывает её для опутывающего вовлечения в красоту и страдания мира». Вираха бхакти выходит за пределы внутренней сферы сознания поэта и соединяет его с внешним миром. В следующем стихотворении Мира рассказывает о своих чувствах птице:

 

Эй, птица любви, плачущая кукушка,

Прекрати своё рыдающее кукование,

Или я, плачущая, оторванная от моей любви,

Отрежу твой рыдающий клюв,

Выкручу твои летающие крылья

И наполню твои раны чёрной солью.

 

Эй, я принадлежу моей любви и моя любовь – моя.

Как смеешь ты плакать о любви?

Но если моя любовь вернётся ко мне сегодня,

Твой зов любви станет радостью.

Я позолочу твой клюв,

И ты станешь моей короной.

 

Эй, я напишу записку своей любви,

Каркающая ворона, теперь отнеси её

И скажи ему, что его разделённая с ним любовь

Не может съесть ни зёрнышка.

Разум его рабы Миры в смятении.

Она проводит время в рыдающем куковании.

 

Приди скорее, мой Господин,

Тот, кто видит внутри;

Кроме тебя у меня ничего нет.перевод Хоули и Юргенсмайера, 2004 год

 

[Храм Мирабаи

Вриндаван]

 

В этом стихотворении Мира обращается не просто к птице, а к кукушке – птице любви. Как и Мира, оторванная от своего Кришны, кукушка представляет собой традиционный символ тоски, поскольку считается, что она плачет из-за разлуки с любимым. В данном случае вираха предоставляет любовнику средство для выражения своих чувств. Мира угрожает кукушке, что, если та не прекратит плакать, она отрежет её плачущий клюв, выкрутит летающие крылья и наполнит раны чёрной солью. Эти угрозы ставят под сомнение кроткий склад характера, который традиционно приписывается Мирабаи, царственной принцессе, жене и верующей. Если мы перенесём образ бунтующей Миры, порвавшей со всеми семейными связями, на эту песню, она становится более понятной. Мой перевод одной из строк «Бхактамаля» Набхадаса звучит так: «Неудержимая, совершенно бесстрашная, она получала радость от воспевания славы своего господина». Этот образ неудержимой Мирабаи резонирует с жестокостью первой строфы.

Следующая строфа начинается совершенно позитивно, что свойственно жанру песен жаждущих любви пастушек (гопика). «Как смеешь ты плакать о любви?» ‑ возмущается она. Но в следующей строке она сменяет гнев на милость и обещает вознаградить кукушку и полюбить её любовный призыв, если её собственная любовь будет возвращена. Неожиданная смена настроения обнаруживает неустойчивость ума неудержимой в любви вирахини (героини). Мира затем просит об одолжении ворону: доставить записку её Господину. Вороны традиционно считаются приносящими послания. Мира просит птицу сказать её возлюбленному, что из-за разлуки с ним она не может съесть ни единого зёрнышка. Это говорит о страстности любви Мирабаи: она не может оставаться в разлуке вечно, иначе умрёт от голода. Птица служит одновременно подругой (сакхи), доверенным лицом и посланцем, что отражает глубокую связь Миры с природой. Налицо также связь тела и разума: Мира «не может съесть ни зёрнышка», поскольку её «разум в смятении». Затем она решает, что всё это кукование – пустая трата времени, поскольку возлюбленный всё равно продолжает томить её в разлуке. Фраза «тот, кто видит внутри» соответствует слову на хинди «антарьями», то есть Кришна знает о страданиях Миры, и говорит о том, что теперь настала его очередь ответить на её призывное кукование. Наконец, Мира жалуется своему Возлюбленному: «Кроме тебя у меня ничего нет».

Ниже приводится мой перевод бхаджана Миры, который я часто пою:

 

Манмохан Канха Винати

Захвативший мой разум Канха, я прошу лишь об одном:

Каждый день и каждую ночь

Мои глаза неотрывно смотрят на тропу.

Яви мне себя прямо сейчас,

О, Кунжбихари,

Мой смятённый разум в нетерпении!

 

Нить любви связывает нас.

Эта связь не может быть разорвана.

Эй, играющий на флейте Кришна Мурари,

Я не могу успокоиться.

Мои глаза неотрывно смотрят на тропу.

Яви мне себя прямо сейчас,

О, Кунжбихари,

Мой смятённый разум в нетерпении!

 

Эту песню можно рассматривать на нескольких уровнях: как песню любовницы к любимому, поклоняющегося (бхакта) к Богу (Бхагавану) и индивидуального сознания (душа, дживатма) к Высшему сознанию (Параматма). Она заинтересует как тех, кто имеет склонность к пути поклонения (бхакти марга), так и имеющих склонность к пути познания (джняна марга). Те, кому нравится литература поклонения, размышляют о своих личных отношениях с Кришной, тогда как любящие философию получают интеллектуальное вдохновение от взаимодействия дживатмы и Параматмы.

Поэзия Миры будет также понятна духовным искателям неиндийского происхождения и неиндуистам. Нэнси Мартин, исследовательница религиозного поклонения в индуизме, описывает в своей статье 2010 года, как Мирабаи стала известна в США: «Американцы стали искать фигуры для вдохновения и канонизации в возникающей неинституционализированной всемирной духовности, и женщины по всему миру перерывают прошлое, чтобы найти своих духовных праматерей». Универсальные метафоры любви и тоски, соединения и разлуки позволяют этим стихам преодолевать пространство и время. Но не только метафоры поэзии Мирабаи могут быть универсализированы, во всей истории её бурной жизни содержится всеобщее послание надежды, смелости и триумфа перед лицом препятствий. Это придаёт исторической Мире сильный женский характер, который может вдохновить романистов, режиссёров, философов, социальных активистов и феминисток, как считает Мартин. Таким образом, различные люди по всему земному шару находят культурный и духовный отклик в поэзии Миры, отстоящей от них на 500 лет.

 

Четыре песни Миры

 

Ниже приводятся английские переводы (в переводе на русский) самых популярных бхаджанов и поэтических текстов Миры. Первые три песни были переведены Нэнси Мартин в 2007 году. Четвёртая – в переводе Лакшми.

 

Мхара ре гиридхар гопал

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

Для меня нет другого, о, Садху,

Хоть я и обыскала все три мира.

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

 

Брат, друг, родственник, соплеменник – от всего я отреклась.

Сидя в обществе садху,

Я оставила мирские ожидания.

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

 

Я радовалась, наблюдая за верующими;

Я плакала, глядя на мир.

Росла лоза любви, орошаемая рекой моих слёз.

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

 

Взбивая молоко, я получала масло

И отделяла сыворотку.

Выпив яд, посланный Раной, я обрела блаженство.

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

 

Мира сковала себя любовью;

Что должно было случиться, произошло.

Поднимающий горы Гопал – мой, для меня нет другого.

 

[Храм Мирабаи

Раджастхан]

 

[В традиции бхакти: (слева) Храм Мирабаи в городе Мерта, Раджастхан; (справа) Рави, почитатель Миры и владелец музыкального магазина «Корни Пушкара»]

 

Сделай меня своей слугой, любимый Поднявший Гору

Твоя слуга, я посажу сад.

Просыпаясь каждый день, я буду представать пред тобой.

В рощах и аллеях Вриндавана

Я буду воспевать твою любовную игру, Говинд.

Дай мне послужить тебе, любимый Поднявший Гору.

 

Когда я буду служить тебе, наши глаза будут встречаться.

И воспоминания об этом станут мне наградой.

Безвозмездный дар моей любовной привязанности –

Жажда новых и новых рождений.

Сделай меня своей слугой, любимый Поднявший Гору.

 

Корона с пером павлина,

Жёлтый шёлк на твоей талии,

Гирлянда драгоценных камней на груди.

Чарующий флейтист, пастух коров Вриндавана,

Дай мне послужить тебе, любимый Поднявший Гору.

 

О, Господин, я посажу новые рощи

И благоухающие сады под ними.

Одевшись в красное сари,

Я приду встретить Тёмную Любовь.

Сделай меня своей слугой, любимый Поднявший Гору.

 

В полночь, Господин, открой себя,

На берегу Ямуны!

Господин Миры – прекрасный Поднявший Гору,

Невыносимое беспокойство наполняет её сердце.

Дай мне послужить тебе, любимый Поднявший Гору.

 

Приди, Господин Канха.

Я очаровала Отрекшегося!

Придите, друзья, придите и посмотрите на Господина Канха.

Я очаровала Отрекшегося!

В новом горшке я приготовила простоквашу;

Приди в облике молочницы, чтобы попробовать её.

 

В зелёном саду я собрала прекрасные цветы;

Приди в облике жены садовника, чтобы наслаждаться ими.

Я сделала прялку из сандала;

Приди в облике жены плотника, чтобы любоваться ею.

 

У меня есть золотая игла и шёлковая нить;

Приди в облике жены портного и возьми их.

Я, Мира, пою о Поднявшем Гору;

Придите и повстречайтесь с моим гуру Равидасом.

 

Пьяре даршан диджо айе

Приди, мой возлюбленный, дай мне увидеть тебя.

Я не могу жить без тебя.

Лотос без воды, ночное небо без луны –

Таково состояние любовницы, не видящей тебя.

Я неугомонно брожу день и ночь,

Разлука съедает моё сердце.

 

Днём нет голода, ночью нет сна,

Язык связан тоской, нет слов.

Что я скажу? Я не могу говорить.

Приди сейчас, устрани мою боль.

 

Зачем томить меня жаждой тебя, знающий меня изнутри?

Приди и будь со мной из сострадания, о, Господин!

Мира, слуга-поклонница на протяжении многих жизней

Навсегда остаётся у твоих ног.

 

Популярные бхаджаны Миры

 

Кену Санг Кхелу в исполнении Латы Мангешкар

Мхаро Пранам в исполнении Кишори Амонкар

Аиси Лаги Лаган в исполнении Ануп Джалота

Мат Джа Джоги в исполнении Анурадхи Паудвал

 

Музыка и дух Миры живы и сейчас

 

Музыка – важная составляющая для понимания послания поэта-святого, поскольку в ней автор материализует свои эмоции в ощутимом, «слышимом» выражении. Пение делает эмоции стихотворений Миры более доступными и придаёт её поэзии бессмертный характер в индийском пространстве религиозного поклонения.

Бхаджаны Миры исполняются во многих индийских музыкальных жанрах, включая классический, фольклорный и религиозный. Некоторые известные вокалисты известны своим прекрасным, чувственным исполнением её бхаджанов, включая обладателей премии Бхарат Ратна Лату Мангешкар и М. С. Субулакшми. В северо-индийских (Хиндустани) классических программах певцы часто завершают свои концерты полуклассическими религиозными произведениями. Обычно это бывают песни на стихи Миры, Кабира и других популярных поэтов-святых. Бхаджаны Миры исполняют, в том числе, артисты общин манганияр и ланга, являющиеся потомками мусульманских музыкантов из пустынных районов Раджастхана на границе с Пакистаном. В их репертуар входят многие индуистские и суфийские духовные музыкальные произведения, включая и песни Мирабаи. Эти музыканты высокой квалификации, обычно имеющие мусульманских или индуистских покровителей, играют на традиционных инструментах своих общин. Исполнители, специализирующиеся на религиозной музыке, как профессионалы, так и любители, обычно также включают бхаджаны Миры в свой репертуар. Наряду с Кабиром, Тулсидасом и Сурдасом, Мирабаи является одним из самых любимых поэтов-святых, писавших на хинди, и, поскольку она единственная женщина в этом пантеоне, многие вокалистки часто выбирают для исполнения её произведения.

Наследие Мирабаи состоит не только в музыке, но также в исторических храмах. Храм Мирабаи во Вриндаване, построенный министром княжества Биканер в середине XIX века, связан с историей о том, как Мира выпила чашку яда, присланную ей родственниками мужа, и он на неё не подействовал. Легенда гласит, что они прислали не только яд, но и живую змею, превратившуюся в каменный шалиграм – почитаемый всеми вишнуитами символ Бога. Поэтому храм известен в народе как Храм Шалиграм. Расстановка Божеств в храме соответствует представлению Набхадаса о Мире как «новоявленной гопи (пастушки)». Кришна находится в центре, Радха слева от Него, а Мира – справа. Симметрия предполагает поднятие статуса Миры до статуса са́мой любимой пастушки Кришны – Радхи. Этот храм известен не только своим историческим значением как место, связанное с именем Миры, но также тем, что служит приютом для современных последователей Мирабаи.

В своей статье «Мирабаи. Написана в тексте, воплощена в жизни» д-р Мартин рассказывает о двух современных женщинах, отождествляющих себя с Мирой. Первая – девушка, живущая в Храме Шалиграм, считает себя Мирабаи и посвящает свою жизнь Кришне. В присутствии важных лиц она иногда появляется в ярко-золотых одеждах, подобно Кришне, или в шафранном одеянии отречения. Другая, женщина постарше, имя которой – Лакшми Баи, но общеизвестная как Мира Матаджи, также живёт в служении и поклонении Кришне во Вриндаване. Хотя когда-то она была домохозяйкой, сейчас она живёт, как святая, у неё есть последователи, с которыми она обращается, как с равными. Она также и композитор, и её триста пять гимнов под названием «Шри Радха Кришна Бхаджанавали» используются на ежедневных сатсангах.

 

[Потусторонее: (слева) Мирабаи танцует и играет с Кришной на картине в стиле Раджастхани; (справа) потрясающий форт Читоргарх, цитадель гордых раджпутских правителей, о чьих подвигах сложены легенды]

 

Мирабаи в современной культуре

 

Изучая современную культуру Южной Азии, мы можем видеть разные образы Мирабаи. Например, в индийском кинематографе её история по-разному рассказывается в зависимости от времени создания фильма, а также с учётом соответствующих региональных и лингвистических факторов. Изменения в социальных обстоятельствах влекут за собой смену методов передачи информации и целевой аудитории. Кроме того, способ передачи информации оказывает влияние на то, как подаётся та или иная история. Например, в фильмах и рассказах в картинках чрезвычайное значение имеет визуальная составляющая. Если традиционным агиографам не требовалось задумываться над тем, как иллюстрировать Мирабаи, то для режиссёров и авторов таких рассказов это необходимо. К тому же следует принимать во внимание специфику тех разнообразных аудиторий, на которые нацелены печатная продукция и фильмы. В постколониальной серии рассказов в картинках «Амар Читра Катха» Мира изображается как идеальная индуистская жена. В истории подчёркивается её дхарма, за которой следует её бхакти. Эти рассказы служили «создателями культуры» и предназначались для молодёжной индийской аудитории, тогда как фильмы изображали Миру сильной и грациозной, чтобы она могла служить ориентиром для женщин. Оба жанра прежде всего сосредоточивались на истории Мирабаи, её дхарме и бхакти, а не на её поэзии. В этих изображениях подчёркивается идея глубокого бхакти, присущего поэтессе, для которой любовь к Богу важнее, чем оставленные ею обязанности дочери и жены.

 

[Форт Читоргарх, Раджастхан]

 

Фильмы о Мире

На сайте YouTube размещены два популярных фильма, изображающих Мирабаи как образцовую индуистскую святую, сохраняющую свою преданность Богу несмотря на угрожающие её жизни обстоятельства, и поднимающих, таким образом, вопросы бхакти, взаимодействия полов и традиционной женской дхармы. Первый – это тамильский фильм, снятый в 1945 году в Южной Индии, второй – снятый в Мумбаи в 1979 году фильм на хинди. Обе кинокартины – это истории триумфа Мирабаи как верующей. Второй из них можно воспринимать как националистическое описание победы женщины над господством патриархального уклада в обществе.

«Мира» - фильм на тамильском языке, снятый американским режиссёром Элисом Р. Дунганом; главную роль в нём сыграла известная певица в стиле карнатик М. С. Субулакшми. Решение о привлечении американского режиссёра к съёмкам фильма, посвящённого религиозным и культурным вопросам, вызывает удивление. Дунган переехал в Индию лишь в 1935 году и почти не знал тамильского языка. Однако его инновационная видеография и яркое изображение женских образов в предыдущей работе, по-видимому, оказали влияние на принятие этого решения. Фильм стал уникален в том смысле, что роль главной героини исполнила не актриса, а профессиональная певица; М. С. Субулакшми согласилась сыграть роль Миры, поскольку в ней содержалось всеобщее послание необходимости поклонения Богу. Её муж Садасивам, желая способствовать карьере жены, стал продюсером этого фильма, в котором М. С. Субулакшми исполнила ряд песен на тамильском языке. В картине были исполнены также несколько полуклассических песен на санскрите. Удивительно, что ни одна из песен, включённых в тамильский фильм, не принадлежит к коллекции стихотворений на хинди, традиционно приписываемых Мирабаи; все они были написаны специально для этого фильма тамильскими поэтами Папанасам Сиваном и Калки. Во многих композициях присутствует слово «гиридхари» или фраза «Мира прабху гиридхара гопала».

 

[Читоргарх

Храм Кришны]

 

[В Раджастхане: (слева направо) кришнаитский храм Мирабаи в Читоргархе, построенный для Миры её тестем, поначалу восхищавшимся её религиозностью; женщины собираются для исполнения песен Миры в Храме Мирабаи в городе Мерта]

 

С точки зрения сюжетной линии, фильм начинается с того, как беззаботная Мира поёт и танцует со своими подругами. Она внучка Дудха Рао, правителя Раждастхана. Однажды к ним приходит свами (которым позже оказывается поэт-святой Рупа Госвами, последователь Чаитанья Махапрабху) и приносит мурти Кришны в образе Гиридхари. Мира очарована и представляет себя Радхой. В фильме присутствует сцена, где юная Мира в образе Радхи танцует с Кришной во Вриндаване. Мать Миры приветствует её божественную любовь, и госвами, восхищённый жаром поклонения Миры, оставляет ей мурти Гиридхари. К десяти годам Мира теряет обоих родителей. Всего через несколько лет, около 1516 года, по настоянию своего деда, она выходит замуж за Кумбхаджи Рану, царя Мевара, вопреки её вере в то, что она уже была связана узами брака с Гиридхари. Царь Рана изображён как любящий муж, вдохновивший Миру на посвящение себя Кришне и построивший по её указанию храм, но в конце концов Рана жалеет о том, что разрешил Мире покинуть своё царство. Это в целом соответствует описанию мужа Миры, содержащемуся в тексте Приядаса начала XVIII века «Бхактирасабодхини». В фильме о Мирабаи 1979 года, снятом Гулзаром, Бходж Радж Сингх также предстаёт религиозным мужем, для которого бхакти состоит в безусловной любви к своей супруге. С другой стороны, религиозность Миры полностью сосредоточена на образе Гиридхари. Вопреки её намерениям, эмоциональное состояние Миры не позволяет ей вести жизнь царицы и жены Раны. В тамильском фильме деверь Миры Викраман пытается отравить её через сестру Раны Удху, но яд не действует на Миру – чудо, заставившее Удху уверовать в Бога. Эта популярная история содержится во многих поэтических произведениях и легендах.

 

[Храм Мирабаи,

город Мерта, Раджастхан]

 

Другой известный эпизод, запечатлённый в тамильском фильме, – когда Мира начинает жить в построенном Раной Храме Кришны, поёт там с представителями всех каст, включая крестьян и рабочих, что вызывает недовольство царя. Об этом рассказывается также в «Бхактирасабодхини» Приядаса. Раздражение Раны возрастает, когда он узнаёт о том, что могольский император Акбар отправил в дар Мире ожерелье в знак уважения к её поклонению и пению. Кульминацией фильма служит эпизод, когда Мира покидает дворец, сообщив своему мужу, что она принадлежит не его царству, а Вриндавану и Дварке, где обретается Кришна. Мы становимся свидетелями преображения внешнего облика Миры в момент оставления ею царства: из роскошной царицы она превращается в обычную верующую в простом сари, без украшений, с ви́ной в руке. Она путешествует пешком и в конце концов приходит в ашрам Рупы Госвами во Вриндаване. Позже они вместе отправляются в Дварку, где она соединяется с Гиридхари. В фильме показано, как падает материальное тело Мирабаи, её душа выходит из него и сливается с мурти Гиридхари. Рана прибывает в Дварку как раз в этот момент, и он тоже становится убеждённым почитателем Кришны.

Мира Гулзара отличается от Миры Дунгана. Следует отметить, что фильм содержит особый взгляд на историю Индии. Кришна Гулзара – это героический Кришна «Махабхараты», тогда как в тамильской версии М. С. Субулакшми охвачена религиозной любовью к молодому, чувственному Кришне в образе Гиридхари. Социально-политические обстоятельства в картине Гулзара, вероятно, являются вымышленными. Как утверждает научная исследовательница Хейди Паувелс в своей статье «Кто боится Мирабаи? Противоядие Гулзара для яда Миры», «Гулзар сознаёт, что его интерпретация является не «истиной», а творческой адаптацией переданной ему истории», направленной на придание фильму реалистичности и соответствия стандартам Болливуда. Картина начинается с разговора отца и брата Миры о текущей политической ситуации. Этим задаётся тон всего дальнейшего фильма, значительное внимание в котором уделяется рассмотрению отношений между различными правителями. Мира появляется на экране через несколько минут после начала картины, она поёт свой популярный бхаджан «Только для Гиридхар Гопала». Её преданность Кришне несомненна, хотя ещё не стала основной темой фильма. По сценарию у Миры есть двоюродная сестра по имени Кришна, в исторических и религиозных источниках она не упоминается. Что касается брата Миры Джаймала, то он упоминается в агиографиях и иных источниках как её двоюродный брат. Однако в фильме он проявляет неприязнь к Сисодьям (родственникам мужа Миры), тогда как Хейди Паувелс утверждает в своей работе о существовании исторических подтверждений того, что Джаймал «нашёл себе покровителя в лице Сисодья Рана Удаи Сингха из Мевара».

 

[Город Дварка]

 

[Об авторе. Лакшми С. Субраманиян

 

Лакшми живёт в Калифорнии, США, и является одновременно певицей и научной исследовательницей, стремящейся свести религиозную музыку и научную деятельность к единому основанию. Она обладает степенью магистра по религиоведению Стэнфордского университета и пишет о великих индийских традиционных поэтах-святых. Уроженка Сингапура, Лакшми выпустила несколько религиозных альбомов при участии своей матери и гуру Падмини Чандрашекар. Она проводит концерты современной религиозной музыки вместе со своим мужем Аксом, их медиакомпания называется «Эклипс Нирвана» (www.eclipse-nirvana).]

 

Параллельная статья по зелёному фону стр. 40-53

 

 
Архив

© 2017 ООО "Хиндуизм Тудэй". Все права защищены.

  • Круглая иконка Facebook черного цвета